Инстаблогерши, слёзы и блокировки: как растёт раздражение властью на фоне ударов по интернету

С началом массовых проблем со связью — сначала с WhatsApp, затем с Telegram, а также с участившимися отключениями интернета в целом, которые затронули фактически всю страну, недовольство действующей властью стало заметно расти. Открыто критиковать президента начали даже вчерашние сторонники, прежде активно поддерживавшие нынешний курс.

Обычной государственной пропагандой и её многочисленными производными это раздражение уже не приглушить: в воздухе чувствуется растерянность.

На этом фоне в публичное пространство выходят популярные обитательницы запрещённой в России соцсети Instagram, чья аудитория насчитывает миллионы подписчиков.

Одной из первых «от лица народа» выступила блогерша Виктория Боня, много лет живущая в Монако и имеющая более 12 млн подписчиков. Она записала 18‑минутное видеообращение к президенту, начав с утверждения, что его боятся все — и простые граждане, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и обычным народом огромная толстая стена».

В ролике она затрагивает актуальные темы — от наводнения в Дагестане и спорных поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые собираются принять «во времена вашего правления», до массового уничтожения скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Обращение было, разумеется, с оговорками о поддержке, с упоминанием «наших мальчиков», которые воюют на фронтах, с признаниями в любви к России и её народу. Появление «стены» между президентом и населением Боня объясняет тем, что до него якобы просто не доходит правда: он не пользуется интернетом, а информацию получает лишь на бумаге.

Инстаграм‑звезда даже предложила создать отдельную соцсеть, в которой глава государства мог бы напрямую видеть обращения граждан. Такой себе цифровой ящик для жалоб, но в формате платформы.

Если довести идею до абсурда, более надёжным выглядел бы старый способ — поставить у кремлёвских ворот столик, куда любой желающий мог бы складывать письма с жалобами и идеями по переустройству мира. Рядом — часовой с ружьём, чтобы никто не растащил «народную боль». А президент по утрам останавливался бы у этого импровизированного почтового ящика и лично забирал корреспонденцию.

В общем, «стену» между народом и верховной властью, возведённую «шушерой» в виде депутатов и прочих вельмож, по мысли Бони, необходимо разрушать — иначе «будет плохо».

Почти сразу нашлась и другая инстаблогерша — Айза, которая решила «поддержать и дополнить» коллегу. Она тоже говорит о любви к России и её народу и — что примечательно — тоже делает это, находясь за границей. В своём обращении Айза фактически по пунктам повторяет тезисы Бони: и про «не доходящую» до президента информацию, и про депутатов‑миллиардеров с иностранными паспортами, и про мессенджер «Мах», который, по её словам, она установила для общения с родителями в России и который якобы можно «сделать хорошим», чтобы он заменил россиянам Instagram и Telegram.

Третьей в этот патриотический интернет‑монолог включилась телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она без лишних сантиментов заявила, что пока президент «отвлечён на решение внешнеэкономических и политических проблем», внутри страны действует некая группа, которая пытается подорвать доверие к первому лицу и вывести «несчастный и обездоленный народ» на улицы. Всё это, по её версии, — провокация накануне выборов в Госдуму. Президент и силовые структуры, уверена она, должны обратить внимание на внутреннюю «пятую колонну» и разобраться с ней.

В Кремле на видео Бони, набравшее более 23 млн просмотров, отреагировали оперативно. Пресс‑секретарь президента заявил, что по перечисленным в ролике проблемам «ведётся большая работа, задействовано большое количество людей, и всё это не оставлено без внимания».

Узнав об официальной реакции, Боня записала новый ролик — уже в слезах. Она попросила «не приплетать» её «к каким‑то там зарубежным медиа», разбиравшим её выступление, заявив, что она «с народом и внутри народа». В кадре, одетая в красную футболку, напоминающую турецкий флаг, Боня рыдая благодарит и пресс‑секретаря, и президента, вскидывает руки вверх со словами «спасибо, Господи!», а затем трогает себя за грудь. На фоне этого фонтана эмоций любые другие политические перформансы выглядят провинциальной самодеятельностью.

Эксперты, журналисты и пользователи соцсетей тут же принялись строить версии. Одни видят в этой истории отражение подковёрной борьбы элит, которым наскучил лидер, добравшийся уже и до их интересов. Другие считают, что администрация президента сознательно выпускает «пар недовольства» через инстаграм‑свисток, разыгрывая старую карту о «плохих боярах и хорошем царе». Третьи верят в личную инициативу самих блогерш. Четвёртые обвиняют в происходящем Запад, «раскачивающий лодку», и называют Боню «новой оппозицией», упрекая её в попытке организовать в России новый майдан.

Какую бы версию ни взять, в сухом остатке остаётся одно: растущее раздражение уже не в отдельных социальных группах, а повсеместно. Несколько лет власть проводит над населением жёсткие эксперименты, давая понять, что пока нынешний курс сохраняется, о нормальной жизни можно забыть.

Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кто оказался пушечным мясом, и вернувшиеся с фронта убийцы в роли «новой элиты». Тюрьма за любую антивоенную активность и тотальная военная пропаганда, начинающаяся буквально с детского сада. Люди старались демонстрировать, что «понимают» и терпят всё это. Но терпение закончилось, когда дело дошло до самого необходимого — коммуникаций.

Власть, мыслящая во многом старыми, советскими категориями контроля над информационными потоками, до конца этой необходимости, похоже, не осознаёт.

С одним тезисом Бони спорить трудно: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Сдаст ли президент назад? На какое‑то время — возможно. Сообщалось, что власти решили повременить с наиболее жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но параллельно государство вкладывает дополнительные 12 млрд рублей в инфраструктуру, отвечающую за ограничения в сети, так что любой шаг назад будет лишь тактическим, а не принципиальным.

Подобные манёвры уже не раз происходили: каждый раз после небольшого послабления следовало очередное ужесточение. Стиль давно сложился, и менять его поздно — точка невозврата пройдена, отступать некуда. Альтернатива нынешнему курсу для обитателей кабинетов на вершине власти выглядит мрачно: либо международный суд, либо собственные силовики.

В завершение невольно хочется обратиться уже к самой Виктории Боне. Во «времена правления» нынешнего президента помимо краснокнижных животных уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который вы так любите из далёкого Монако. И делает это именно тот человек, к которому вы обращаетесь с таким почти религиозным восторгом. Подумайте об этом, когда в очередной раз будете сочинять слёзную челобитную.