Сбер фиксирует резкий рост спроса на наличные на фоне сбоев интернета и роста налогов

Спрос на наличные растёт и ускоряется при сбоях интернета и росте налоговой нагрузки.

Сбербанк отмечает заметный рост спроса на наличные на фоне нестабильной работы интернета и ужесточения налоговой нагрузки, что стимулирует часть бизнеса и потребителей переходить в «кэш». Сообщается, что на конец апреля объём бумажных банкнот в обращении достиг рекордных 20 трлн рублей.

Только за апрель из банковской системы было выведено около 600 млрд рублей — самый большой объём со времён массовых снятий 2022 года, если не считать обычный декабрьский всплеск. С мая 2025 года, после начала региональных интернет‑блэкаутов, совокупный отток наличных составил примерно 2,5 трлн рублей.

Причины перехода в наличные

В банке фиксируют случаи, когда продавцы и поставщики услуг стимулируют оплату наличными, предлагая скидки до 10%. Люди опасаются, что переводы через электронные каналы будут видны налоговым органам, поэтому предпочитают наличные для простых бытовых услуг и частных сделок.

По мнению руководства банка, без мер со стороны государства и регуляторов тенденция к переводу средств в наличный оборот может сохраниться; нужно искать способы мотивировать экономических агентов возвращаться к электронным каналам оплаты.

Меры Центробанка по контролю за наличными

С 1 июня Центробанк ужесточил контроль за снятием наличных через банкоматы: банки теперь отслеживают ежемесячные лимиты, а подозрительные операции — например, крупное снятие после длительного перерыва или множественные снятия за короткий период — могут быть приостановлены.

Также регулятор потребовал усилить контроль за внесением наличных: при внесении от 5 млн рублей в течение 30 дней или при совершении 10 и более операций по внесению сумм от 100 тыс. рублей кредитные организации обязаны запрашивать источник происхождения средств. Особое внимание будет уделяться случаям, когда значительная часть внесённых средств быстро переводится за рубеж.

Центробанк отмечает рост операций с наличными, которые могут использоваться для легализации преступных доходов, и поэтому активизирует надзорные меры.