Госкорпорация «Российские железные дороги» (РЖД) объявила, что с сентября начнёт продавать билеты на пригородные поезда с проверкой личности через государственный мессенджер «Мах». По словам главы РЖД Олега Белозёрова, новой услугой смогут воспользоваться более 20 млн льготников; заявление было сделано на встрече с премьер‑министром Михаилом Мишустиным.
Пилот и планы масштабирования
Ранее продажа билетов через чат‑бот в «Мах» уже была запущена в Новосибирской области: пассажиру нужно выбрать дату поездки, станции отправления и прибытия, тип билета и оплатить через Систему быстрых платежей (СБП). В РЖД заявляли о планах распространить такую практику на Омскую и Кемеровскую области, а также Алтайский и Красноярский края с дальнейшим масштабированием на все пригородные компании сети.
Юридический статус и интеграция
В конце прошлого года был принят закон, фактически приравнявший «Мах» к паспорту: через цифровой ID — QR‑код, сгенерированный на основе данных из аккаунта «Госуслуг», можно подтверждать возраст при покупке табачных изделий, алкоголя и энергетиков, а также проходить идентификацию на концертах, в кинотеатрах и при участии в лотереях. Ранее также был подписан закон о создании «суверенного мессенджера», после чего сервис стали интегрировать с государственными системами: в нём появились школьные и домовые чаты, перевели переписку чиновников и сотрудников госкомпаний и связали с «Госуслугами».
Критика и вопросы безопасности
Различные эксперты неоднократно указывали на возможные угрозы приватности: в политике конфиденциальности «Мах» упоминается передача данных по запросу правоохранительных и контролирующих органов. Анализ приложения показывал сбор геолокации, списка установленных программ и отслеживание процессов на устройстве, а также наличие функций записи звука, видео и вводимого текста. Ранее один крупный хостинг‑провайдер классифицировал «Мах» как потенциально шпионское ПО, но позже соответствующая пометка была снята.
Внедрение идентификации через «Мах» может упростить покупку билетов для льготных категорий, но одновременно усиливает обеспокоенность по поводу объёма собираемой информации и гарантий её защиты.
